Нил Кент. Моя православная Англия

150 просмотров всего, 1 просмотров сегодня

Нил Кент. Историк. Профессор Санкт-Петербургского государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина, сотрудник Института поляр­ных исследований им. Р. Скотта Кембриджского университета. Из выпускников Петербургской Академии художеств создал артель художников «Classic Art Ark», которая работает на исторических объектах в России и Англии. Страстный поклон­ник России, её богатой культуры. Имперский стиль архитектуры Петербурга — одно из его художественных предпочтений. В настоящее время заканчивает книгу по истории культуры и литературы Санкт-Петербурга, а также по истории Лаплан­дии; в ближайшее время выйдет в свет его книга «Триест: врата в сердце Европы». Н. Кент также является постоянным автором различных международных периодических изданий.

Автор многочисленных трудов по истории стран Севера, таких как: «Краткая история Швеции», «Душа Севера», «Социальная, культурная и архитектурная история стран Севера», «Триумф света и природы». Владеет в разной степени тридцатью языками, включая русский. В 2010 году принял православие.

Впервые у меня появился интерес к Православию после пребывания на Афоне, который я посетил летом 1979 года, будучи ещё студентом Кем­бриджского университета. Однако глубокий интерес возник лишь десять лет назад во время паломнической поездки в православные монастыри Румынии и Болгарии, духовная атмосфера которых и внешнее благолепие произвели на меня сильнейшее впечатление. Я пережил настоящее потря­сение, когда стоял и молился на вершине монастырского холма, а внизу про­стирались Балканские горы. Что касается визитов в Россию, то они стали регулярными, но, к сожалению, непродолжительными — по три недели, два раза в году. Однако опыт Русской Церкви, не имеющий аналогов в совре­менном мире — опыт церкви новомучеников, — оказывает на меня огром­ное влияние. Много читая об этом в основном на русском языке (на англий­ском очень мало исторических источников), я решил изучить святые места не только Санкт-Петербурга, Москвы и Золотого кольца, но и Валаама, Печенги, Каргополя, Соловков. Например, в один из недавних визитов в Россию я посетил Антониево-Сийский монастырь, что в ста шестиде­сяти километрах от Архангельска, который связан с именем митрополита Филарета. Святость каждого из этих мест я смог почувствовать не только благодаря богатому историческому опыту, таинственным образом там про­являющемуся, но также наблюдая их возрождение после долгих лет без­божного коммунизма и тотального уничтожения духовенства. Действи­тельно, это невероятный опыт, когда ты идёшь по монастырю, в котором совсем недавно, на памяти поколения твоих родителей, встретили смерть сотни монахов, священников и епископов, отказавшиеся отречься от своей веры и своего призвания.

Семь лет назад я был приглашён на должность профессора в Академию художеств в Санкт-Петербурге, благодаря чему стал посещать академи­ческую церковь Святой Екатерины. Она восстановлена заново благодаря ревностной заботе отца Александра Фёдорова (он является также настоя­телем Петропавловского собора). В то время я мало знал о православии, но когда отец Александр назвал церковь сердцем академии, светом, привле­кающим к себе тех, кто ищет духовного смысла жизни, не ярким, но всегда мягко наставляющим, я понял, что это правда и она сказана для меня тоже! Всё больше и больше церковь оказывала на меня влияние, позволяющее, как сказал наш добрый наставник, «волнам веры через литургию омывать нас». Постепенно откликаясь, я, тем не менее, опасался проявлять слиш­ком много энтузиазма, и прошло около восьми лет, прежде чем я взял на себя обязательства и вступил в общину академической церкви. Вполне естественно, что теперь, когда я возвращаюсь в Англию, меня сразу окру­жает духовный вакуум и я не нахожу важного для себя общения.

Я думаю, что русским людям, которые продолжают жить в церковной традиции и древней, глубоко укоренённой культурной системе, трудно представить себе ситуацию, в которой находятся сегодня христиане Запад­ной Европы, где личная свобода как абсолютная ценность формировалась на протяжении столетий. Борьба за права личности способствует даль­нейшему дроблению Англиканской Церкви, которое началось в XVI веке. Сегодня одним из результатов этого процесса стала полная неразбериха в духовной жизни.

Католическое крыло Англиканской Церкви существует обособленно, причём одна часть этого сообщества не поощряет сексуальный либера­лизм, господствующий ныне, а также рост женского духовенства, в то время как другая его часть принимает эти изменения. Объединяет их общая обрядовая традиция и литургическая практика. Протестантское крыло также существует отдельно. Внутри этого крыла все довольны жен­ским духовенством, но есть разногласия в отношении сексуального либе­рализма: одна часть его не принимает, другая же, напротив, рассматривая терпимость в этой области в контексте личной ответственности, находит эту тенденцию не только нормальной, но даже прогрессивной. В допол­нение ко всему сказанному, агностики и весь секулярный мир продолжают нападать на Англиканскую Церковь, считая её культурным пережитком прошлого, полезным лишь в качестве содержателя величественных зданий, основная ценность которых состоит в том, что они служат для проведения концертов и рождественских праздников.

Споры и обсуждения ведутся на всех уровнях, но одна ценность при­знаётся абсолютной: личный выбор взрослого человека в отношении своей сексуальности и образа жизни является священным для общества. В современной Англии воцерковлённых христиан всех конфессий абсо­лютное меньшинство. На сегодняшний день нравственные ценности прак­тикующих мусульман или правоверных иудеев у нас более соответствуют традиционным христианским ценностям, как они инициируются сегодня в России, чем те, что существуют в качестве руководящих принципов в современной Англиканской Церкви. Это не означает, что их нет, — они просто другие и во многом находятся под влиянием современного секуля- ризма; состоят в стремлении к личному удовольствию и достижению его. Если быть точным, ими являются «жизнь, свобода и стремление к счастью», как указано в американской Декларации независимости.

Семья продолжает оставаться чрезвычайно важным социальным инсти­тутом, но в более широком контексте. Современная семья может состо­ять не только из мужчины, женщины и ребёнка, но также из двух мужчин или двух женщин, с детьми или без. В конечном счёте это означает, что семья рассматривается сегодня как институт для воспитания, образования и социальной защиты детей, а не как божественный, сакральный институт, объединяющий мужчину и женщину. Аналогичным образом и понятие греха существует более в мирском смысле, чем в духовном (как это пони­мается Русской Православной Церковью), и указывает на преступление против общества и личности. Обобщая, можно сказать, что человек стал мерой всех вещей. Это окончательная победа гуманизма.

В этой связи я с большим удовлетворением начал замечать, что в Англии растёт влияние не только Вселенской Православной Церкви, но и Русской Православной Церкви. Вот ближайший от меня пример. Тихим, святым, скромным путём ведёт свою паству отец Григорий Батлер по древней земле

Ноттингемшира, овеянной славой Робин Гуда, в вековой традиции русского право­славия. Он является настоятелем един­ственной православной церкви графства, расположенной в Ноттингеме, — во имя св. Айдана и Чеда (Parish of St Aidan and St Chad). Тем не менее православная литур­гия совершается им и в других местах. Эта реальность незнакома христианам в России. Например, в Ньюарке, где есть православ­ный приход св. Павлина Йоркского, к кото­рому я принадлежу, православная служба проводится отцом Григорием по договорённости в церкви св. Марии Магдалины, ныне англиканской. Храм этот строился с ХII по XIV век на фундаменте православ­ного храма III века, и все об этом помнят.

Церковь св. Марии Магдалины и кладбище в Ньюарке, графство Ноттингемшир

Горят свечи перед святыми иконами в Ньюарке, Ноттингеме и Дерби, так же как они, несомненно, горели тысячи лет назад

и как они сейчас горят в святой для меня России, несмотря на десятиле­тия гонений. Для меня оказалось совершенно естественным оказаться во власти той идеи, что Православная Церковь в Англии имеет тысячелет­нюю историю и сегодня продолжает существовать благодаря традиции, которую сохранила для нас Русская Православная Церковь — церковь новомучеников.

Исторический экскурс

У Православной Церкви в Англии древние и славные традиции. До нор­маннского завоевания в 1066 году английская церковь была частью право­славного мира, а римско-католическая папская власть была навязана стране как следствие этого завоевания. Полагают, что последней православной представительницей английского королевского рода была дочь короля Гаральда, павшего в битве при Гастингсе, которая отправилась в изгнание и вышла замуж за русского князя Владимира Мономаха.

Уже в предшествующем тысячелетии в Британии появилось множе­ство православных святых. Именем первого христианского мученика этой земли святого Албана (St. Alban, †304 г., память 22 июня) был назван город, расположенный чуть севернее Лондона, Сент-Олбанс. В следующем сто­летии особо почитался ирландцами, где бы они ни находились, святой Патрик (St. Patrick), апостол Ирландии (память 17 апреля).

В начале VII столетия святой Давид (St. David), епископ Меневии принёс Благую Весть в Уэльс и стал святым покровителем этого края (память 1 марта). Выдающимися отцами церкви стали епископы Линдис­фарна (острова у берегов Нортумбрии) — Святой Айдан (St. Aidan, память 31 августа) и святой Катберт (St. Cuthbert, †687 г., память 20 марта). К лику святых причислены архиепископы Кентерберийские — великий Августин (St. Augustine) (†604 г., память 26 мая) и святой Фёдор (St. Theodore, † 690 г., память 19 мая). Наконец, святой миссионер Павлин Йоркский (St. Paulinus of York, †644 г., память 10 октября), имя которого носит мой приход в Нью­арке, в Ноттингемшире.

В течение столетий, и особенно в прошедшем ХХ веке, в Британии появилось и множество православных общин, среди которых наиболее многочисленная принадлежит к Греческой Церкви, но есть также общины и Антиохийской, Болгарской, Румынской Церквей и, конечно же, Рус­ской Православной. Современная епархия Русской Православной Церкви на территории Великобритании и Ирландии носит имя святого Стефана Исповедника, архиепископа Сурожского, который был родом из Каппа­докии и учился в Константинополе. Приняв монашеский обет, он удалился в уединённое, никому не известное место, где провёл тридцать лет в аскети­ческом подвиге. Его епископское служение началось с откровения, кото­рое было дано патриарху Герману назначить Стефана епископом города Сурож (ныне это город Судак в Крыму).

При императоре-иконоборце Льве III Исаврянине (716-741) св. Сте­фан подвергся пыткам и был посажен в тюрьму в Константинополе. Однако после смерти императора св. Стефан был выпущен из темницы и вернулся к своим архипастырским обязанностям в Суроже, где и оставался до самой смерти. Сохранилось предание (в русской редакции «Жития Стефана Сурожского» XV века) о том, что русский князь Бравлин, разоривший Сурож, согласился принять крещение под влиянием чудес, происходивших на месте захоронения. Икона св. Стефана в Лондонском кафедральном соборе Успения Божьей Матери и Всех Святых содержит частичку мощей святого, которая была спасена верующими в России в годы преследований и впоследствии передана в дар Сурожской епархии.

Впервые Русская Православная Церковь появилась в Британии в связи с посещением Англии Петром Великим в 1698 году. Где находился первый храм — неизвестно. В дальнейшем, начиная с 1716 года, церковь числи­лась при посольстве России в Лондоне и материально поддерживалась министерством иностранных дел Российской империи. В последних годах XIX века он находился в арендуемом помещении по адресу: Уэлбек-стрит, 31, в Западном Лондоне.

Во время Первой мировой войны число русских людей в Лондоне зна­чительно возросло и ещё более увеличилось после революции 1917 года за счёт притока беженцев из России, спасающихся от режима большеви­ков. Русская Церковь нуждалась в новых помещениях, и государственная Англиканская Церковь Великобритании предоставила для её богослуже­ний одно из своих исторических зданий. Важно отметить, что в этот период отношения между церквами были более дружественными, чем когда-либо, так что в среде Англиканской Церкви возникло значительное движение за сближение с православием. В то же время и богослужебные тексты Англи­канской Церкви, как говорят, повлияли на молитвословия Русской Право­славной Церкви. Надо учитывать то обстоятельство, что к Русской Церкви стало присоединяться немалое количество англичан, чьи культурные навыки нельзя было игнорировать. Однако этим инициативам тогда поме­шали революционные потрясения в России и некоторые внутрицерковные обстоятельства. Позднее, в постсоветский период, препятствиями к сбли­жению стали практика рукоположения женщин в Англиканской Церкви наряду с терпимым отношением к нетрадиционной сексуальной ориента­ции среди англиканского духовенства.

Первый предоставленный русским храм находился в Лондонском Сити и поэтому был трудно доступен большинству русских прихожан. Вслед за ним была отдана ещё церковь св. Филиппа, когда-то построенная герцо­гом Вестминстерским на принадлежащем ему участке земли. Эта большая церковь в центре Лондона изначально была посвящена апостолу Филиппу.

Со временем она была заменена храмом во имя Успения Божьей Матери и Всех Святых.

Модернистское распятие в соборе Девы Марии XII века (Саутвелл)

Здесь, в декабре 1956 года станет настоятелем молодой иеромонах Антоний (Блум).

Но тогда, в двадцатые годы, приход соз­давался под юрисдикцией Русской Право­славной Церкви За границей. Это было сделано во избежание давления со стороны большевистского режима. Однако серьёз­ные разногласия среди верующих, вызван­ные Парижским расколом и уходом митро­полита Евлогия из синода РПЦЗ, породили в 1927 году разделение, повторившееся спустя примерно восемьдесят лет, хотя и по иным причинам. Практическое разрешение конфликта как в то время, так и недавно было найдено в том, что было достигнуто соглашение, согласно которому службы в храме проводились каждой из общин по очереди через неделю.

Тогда главной причиной раскола стали споры о возможной степени подчинения Лондонского прихода Московской Патриархии. Для разреше­ния конфликта в 1928 году синодом РПЦЗ в Лондон из Сербии, где служил и преподавал митрополит Евлогий, был направлен молодой архимандрит Николай Карпов. В следующем году он был рукоположён во епископа Лон­донского, первого православного епископа Лондона со времени Великого Раскола 1054 года. На хиротонии присутствовало множество церковных иерархов из Европы. Специально для этого случая архиепископом РПЦЗ Феофаном (Быстровым) в храм была привезена чудотворная икона Божьей Матери Курская Коренная, чтецом был знаменитый Фока Фёдорович Вол­ковский. Среди молящихся была Её Императорское Высочество Вели­кая Княжна Ксения Александровна, сестра Царя-Мученика Николая II. Впоследствии, в конце тридцатых годов приход окончательно вышел из формального подчинения Московскому Патриарху и перешёл в юрис­дикцию Вселенского Патриархата.

Собор Пресвятой Девы Марии в Саутвелле

После Второй мировой войны управление Лондонской епархией принял архиепископ Русской Православной Церкви За границей Иоанн (Максимович). Потомок святителя Иоанна Тобольского, архиепи­скоп Иоанн был человеком высочайшего духовного устроения (в 1994 году причислен Зарубежной Церковью к лику святых). В 1954 году храм св. Филиппа был снесён при строительстве автовокзала «Виктория», и в следующем году приход арендовал здание церкви св. Стефана у Импе­раторских ворот, недалеко от Глостер-роуд. Храм принадлежал Шотланд­ской пресвитерианской церкви и прослужил православным до 1989 года, когда срок аренды истёк и службы стали проводить в Хаммерсмите на кро­шечном подворье часовни Всех Святых на Сент-Дунстан-роуд, кото­рая была завещана приходу епископом Николаем (Карповым). Часовня, однако, была слишком мала, и приход, финансовое положение которого упрочилось, принял решение купить землю для собственного храма. Он был построен на Гарвард-роуд в Чизвике. Нижний придел храма был освя­щён в честь святого Царя-Мученика Николая и его семьи. Первая служба здесь состоялась в 1999 году. Сейчас украшенный золотыми звёздами купол храма стал одним из главных архитектурных достопримечательно­стей западного Лондона.

Хотя Русская Православная Церковь За границей продолжала служить нуждам русских эмигрантов в Британии, вскоре после Второй мировой войны в Лондоне был основан новый православный приход под юрисдик­цией Московского Патриарха. Его возглавил митрополит Евлогий, живший в Лондоне и вернувшийся в Русскую Православную Церковь Московского Патриархата. В 1962 году у РПЦ появился кафедральный собор, им стал бывший англиканский храм Всех Святых в Эннисмор (Ennismore Gardens), который был заново освящён. С этого момента и до смерти в 2003 году его настоятелем был знаменитый митрополит Антоний (Блум), который стре­мился к сближению с Москвой, но при этом сохранял дистанцию в отноше­ниях с её властями и опредёленную автономию для своей епархии.

Владыка Антоний (Блум) в один из своих визитов в Россию в 1970-е годы: воскресная беседа-проповедь на квартире

Митрополит Антоний Сурожский (в миру Андрей Борисович Блум, 1914-2003), выдающийся проповедник, широко известный не только в Бри­тании, но и повсюду в мире, среди как православных, так и англикан, родился в Лозанне (Швейцария). Его родители были русские. Отец, сотрудник рос­сийской дипломатической миссии, был консулом в Персии во время Первой мировой войны. Дядей по матери был композитор Александр Скрябин, также отдавший дань богоискательству, но уклонившийся в мистицизм.

Из-за революции его семья была вынуждена оставить Персию и в 1923 году переехать в Париж, где позднее он окончил биологический и медицинский факультеты Сорбонны. В 1939 году он тайно принял монашеский обет, а в 1943 году был пострижен, при этом продолжая работать врачом в течение всей войны, помогая движению Сопро­тивления. После войны, в 1948-м он был рукоположён во иеромонахи и послан для пастырского служения в Англию. В 1950 году он был назна­чен настоятелем русского патриаршего прихода, семь лет спустя руко­положён во епископы, а в 1962 возведён в сан архиепископа, управляю­щего Русской Православной Церковью в Великобритании и Ирландии. В следующем году он назначается исполняющим обязанности экзарха Русского Патриархата в Европе, а в 1966 году возведён в сан митропо­лита и утверждён в должности экзарха и которую исполнял до 1974 года когда подал прошение об освобождении от обязанностей экзарха, всецело посвятил себя пастырскому окормлению своей епархии. Он много трудился на ниве христианского благовестия, и его труды получили все­общее признание. Университеты Британии и Советского Союза удосто­или его звания почётного доктора и других наград. Однако после смерти владыки в епархии разгорелись внутренние конфликты на религиозной, культурной, идеологической почве, породившие правовой конфликт, который разрешился только в 2010 году.

После преставления митрополита Антония Святейший синод Русской Православной Церкви назначил Василия (Осборна), епископа Серги­евского и викария Сурожской епархии, временным управляющим епар­хией. В этой должности он находился до 2006 года, когда был уволен на покой. Вместо него был назначен Иннокентий (Васильев), архиепископ Корсунский; за этим, однако, последовал раскол, приведший к тому, что епископ Василий ушёл из епархии без разрешения священноначалия Русской Православной Церкви и обратился к Вселенскому патриарху в Константинополе с просьбой о принятии. Просьба была удовлетворена, и он был назначен в Западноевропейский экзархат русских приходов Константинопольского Патриархата с центром в Париже. Эти действия были признаны неканоническими Русской Православной Церковью, но за Осборном последовали некоторые другие представители клира и мирян, которые также были приняты в экзархат. В ответ на это в июле 2006 года Синод Русской Православной Церкви наложил запрещение на епископа Василия, но он продолжал служить в качестве епископа Амфипольского при поддержке Вселенского патриарха.

Причиной раскола были не только и не столько духовные и литургиче­ские аспекты, сколько спор вокруг контроля над собственностью Русской Православной Церкви в Англии. В духовной же сфере конфликт возник между теми, кто родился уже в Британии, испытал сильное влияние англи­канской церкви (а некоторые в прошлом были англиканцами) с её расту­щим либерализмом, феминизмом и секуляризацией и теми, кто после распада Советского Союза, главным образом в период перестройки, ока­зался в Британии. Последних насчитывалось тысячи, и они сразу стали большинством в епархии, оттеснив старожилов на второй план.

В то время как среди первых росли надежды на создание автокефаль­ной Британской Православной Церкви, последние хотели сохранить тесные связи с Москвой. Они также отвергали все новшества, неизвест­ные в российской богослужебной практике: браковенчания, совершаемые в субботу, присутствие в храмах женщин с непокрытой головой, растущая роль женщины в Церкви службы, происходящие в непривычное время, — вот только несколько аспектов, вызвавших серьёзные разногласия.

Тем временем в октябре 2006 года Святейший Синод Русской Право­славной Церкви объявил о назначении архимандрита Елисея (Ганабы), начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме, управляющим

Сурожской епархией. В настоящее время он является архиепископом во главе епархии. При нём разногласия, по крайней мере в отношении собственности и управления епархией, были преодолены, хотя и доро­гой ценой. Верховный суд в Лондоне вынес решение в пользу промосков­ской партии, имеющей в епархии большинство и в пользу Синода РПЦ. Наконец-то Русская Православная Церковь в Британии получила воз­можность всецело посвятить свои силы первостепенной задаче — пастыр­скому окормлению верующих в соответствии с древними традициями.

Что касается Русской Православной Церкви За границей, то сегодня её возглавляет митрополит Илларион Нью-Йоркский и Восточно­Американский, которому подчиняется преосвященный Марк, архиепи­скоп Берлинский, Германский и Великобританский. С тех пор как было достигнуто сближение и был подписан Договор о каноническом обще­нии между двумя Русскими Церквами, они находятся в братских отно­шениях, и Синод РПЦЗ принимает участие в делах Московского Патри­архата и его Синода. В настоящее время приходы РПЦЗ включают храм Рождества Богородицы в Лондоне, церковь св. Елизаветы Новомученицы в Беркенхеде, церковь св. Иоанна в Колчестере, домовую церковь в честь иконы Божией Матери Всех Скорбящих Радости в Меттингеме (Саффолк).

Храмы Сурожской епархии в Соединённом Королевстве — это церковь Новомученицы Елизаветы в Бодиэме, Восточный Сассекс; св. Троицы в Эйвоне; св. Ефрема Сирского в Кембридже; св. Давида Уэль­ского в Дерби, Дербишир; Царственных Страстотерпцев на острове Мэн и св. Кентигема в Глазго. С такой обширной духовной базой у Русской Православной Церкви в Британии славное будущее.

В заключение

Моё продвижение к русскому православию и через него идёт очень мед­ленно, с очень скромным приращением опыта. И ещё мне кажется, что я нахо­жусь в самом начале пути, и только Бог знает, куда этот путь меня приведёт. Всё же если ориентироваться на свою веру, пытаясь распознать промысел Божий о себе, то это помогает избегать расставленных ловушек. Я имею в виду ловушки самомнения, поспешные выводы, ведущие к осуждению.

Перевод с английского Татьяны Ковальковой и Аллы Новолодской

Нил Кент. Моя православная Англия. // «РУССКИЙ МIРЪ. Пространство и время русской культуры» № 5, страницы 156-165

Скачать статью